а мне кажется, нас Бог покинул

а мне кажется, нас Бог покинул,
плюнул, хлопнул дверью и ушел...
почему-то землю с места сдвинул,
поцарапал небо-шелк...

кажется, устал от грязи,
душной и немой толпы,
потерялись наши связи,
с чистым миром райской красоты...

все же, кажется, что виноваты сами,
декаданством против всех молитв,
я на рельсы снова лягу,
я прошу его, прости, но без обид...

кажется, его я понимаю, 
сколько можно грязь эту терпеть,
я его ни в чем не обвиняю,
я бы тоже не смогла смотреть...

как все люди прожигают жизни,
променяли веру на религию свою,
в дымном мире, сплошь покрытом пылью,
продают любовь и душу, за бумажную мечту...

Я выписала грусть из потолка

Я выписала грусть из потолка, 
Я выкинула все воспоминанья, 
И будто бы весь год и не жила 
Всем бесконечным ожиданием… 
Тебя как будто не было 
Ты не оставил след 
Ни на моих губах 
Ни на моих руках 
Ни на плечах 
на одеялах… 
Кровать холодная – пуста 
Я выписала грусть из потолка…

становиться другим

медленно проползает по мне зима,

выпячивая глаза, одевая сто одежд на тела.

в меня падают звезды, мне хочется резать солнце,

и дотянуться до бесконечного зла 

...в себе....

...учусь отвечать тебе...

чтобы стать резче, четче, отвечать грубо, надменно и проще,

чтобы знать как защитить себя, а не прятать в себя слова.

разъедающая пустота, находИться внутри меня,

падая ниц в подушку, обнимая кошку, плача в ушко,

восклицая за что, все же ведь было хорошо...

**

медленно долетала до меня весна, открывая глаза,

снимая одежды, вселяя надежды, на тепло,

пусть горит оно все огнем, я пошлю его на...

я отправлю письмо божьему послу, прошу его депортацию...

я изменяю локацию, становлюсь дерзче, четче, резче,

уже смотрю не снизу вверх, а со скамейки,

отрываю руки, собираю вещи, 

я люблю его, но от этого уходить не легче...

дико больно, где-то жжет меж ребер,
я стою со снятой кожей,
оголенная до нельзя,
и натянута тетива,
если больше невозможно - быть похожей на себя.

**
жжет под пальцами, кровь пульсирует,
от невозможности, неизбежности не сбежать,
мне б с тобой до утра вальсировать,
но по разным сторонам монитора полная дура и дегенерат.
мне б любить тебя, как показано в фильмах,
сид и нэнси, но только с хорошим концом,
как ромео и джульетта, только без колец, но зато с целым лицом.
я не воин, мне с собой не справиться,
это все сильнее, выгораю внутри - сгораю до тла,
я сижу и втыкаю на фотографию,
где есть ты - но нет меня.

**
ты не разделяешь мою любовь к себе.

слушай, может уже хватит.
собирай чемоданы и вали из моей головы,
правда, сколько можно отравы,
разбрасывать в разные части моей души.

слушай, ты сушка, ты черствый, как старец,
прошедший афган, чечню и вьетнам,
я же мучающий себя скиталец,
частенько пьющий за тебя сто грамм.

видишь, что сделал - я вся постарела,
ссохлась деревом срубленным до корней,
я сжалась, уродливым гномом,
жаждущим золота, славы и темных теней.

знаешь, главная загвоздка в том,
что я все помню, а ты притворяешься потом,
 я танцующая на углях  в огне,
а у тебя пуля и тараканы по всей голове,
я не знаю что нашла, среди этой кучи говна в тебе,
ты питаешься девочками маленькими и выкидываешь потом,
и никогда не насытишься, ты вампиришь - и даже днем,
а когда грустишь обо мне, наступает тишь и тьма, страшная как на войне...
и самое главное в том, что ты сам не разделяещь мою любовь к себе.

Я люблю его запах так, что покалывает где-то в груди, и дико жжет, я читаю ночами ему стихи, а он каких – то других бережет,

Он молчит месяцами, я все думаю о нем,

Я тихо его проклинаю, а потом люблю огнем.

Эти странные люди, и странные чувства,

Я б скинула бы все в ведро,

Я бы вычеркнула минуты ,когда было с ним хорошо,

А теперь так паршиво и дико, оттого как нужно уткнуться ему в плечо.

Я пишу прилюдно какие- то фразы и письма, выставляю фотографии и пафосно морду лисью, я знаю он читает,

Только он читает и думает – это все не про меня, он равнодушная глупая тварь,

Вот так быстро от любви до ненависти – один удар.

точка

что-то внутри сломалось, надломилось, пролился свет,
тебя там нет , где нет твоих мыслей,
и пусто место, где не сидишь, о чем не думаешь,
и пуст тот лист, в котором не напишешь строчки,
сплошные точки и черные черты лица своего не узнать,
бродить по жизни, и искать то, чего на самом деле нет,
прольется свет, и тьма не будет тьмой,
погаснет свет, ты - перестанешь быть собой,
и будто растворенный кислотой - исчезнет мир,
исчезнут все надежды и мечты развеет прахом пО ветру,
по свету, по лету и зиме, из года в год
исполосованные мы...
и слишком беззаботны,
что б думать, что в конце всех строчек точки
точка
строчка
точка

нельзя нельзя нельзя, погружаюсь на дно и еле дышу,
я хотела правды - пошла ко дну,
я едва ли теперь хожу и мыслю,
я как овощ давно завалявшийся на полке в лавке кислой.
мне б сто вольт и пошла бы тогда летать,
доставать улыбки и другим раздавать
отдавать награды, дарить тепло,
 а я трупом лежу, смотрб в потолок,
погружаюсь на дно.
и вот в этот самый гнусный момент
все приходят на меня глазеть и смотреть,
трогают лоб, тыкают в плечо,
а я мертвой лежу, а им все равно
и обидки идут одна за одной,
той не дала совет, тому не ответила на вопрос,
третьим вроде сказала не то, а мне дела нет до их "плохо иль хорошо"
я молчу и лежу и ворочаюсь в полусне
я была же как воин стала как рыба в прокисшей воде
я была же сто кратный чемпион добра
стала ведьмой обрюжшей без сил и нутра
нельзя говорю нельзя оставайся здесь
не сползай со стула, не позволяй себе грустнеть
не давай другим бить себя по щекам
иди дальше вперед к гордо поднятым парусам
пусть попутный ветер к тебе придет
пусть слова хороший каждый для тебя бережет
пусть что ни день - то приятный свет и тепло
объятья поддержка и все хорошо
пусть никогда на тебя никто не плюет
не завидует пусть и зла не шлет
пусть как будто внутри лучезарный софит
знай что он тебя ото всех сохранит...
вот, ты знай, что все у нас будет хорошо,
что подставит кто нужно свое плечо
ну а кто не подставит, уйдет не спроста
значит ангел хранитель прогнал вникуда
выползай из лужи,
вставай со дна
сколько можно лежать
оставлять дела
столько много всего еще сделать тебе
столько нужно прочесть написать вовне
столько снов и людей хочется повстречать
столько слов и наград раздавать и собрать
ты лежишь на дне, жизнь мимо,
магнитишь зло,
ну ,вставай же хватит уже,
жалеть себя - лучше дышать легко....

нас скоро не будет

мне кажется нас скоро не будет,
тебя и меня осудят по самым строгим канонам
вместо венчания - слезы - как воды текут по трубам,
бесконечные ссоры, препоны судьбы,
и вроде как мы еще не чужие, и вроде как мы не одни,
но медленно гаснут огни - на нашей улице разбились фонари.
нас скоро не будет,
мы слишком разные люди,
и слишком разные цели, пока уцелели,
нам надо сбежать,
с этой рутины бытующих фраз, оскроблений, прериканий, трений,
от этих кастрюль и бесконечных глупых фраз,
мне кажется нас скоро не будет, и будто не было,
твоего - полка с хламом, и еще одна с рубашками,
мы меняли друг друга, мы были безбашенны,
ни фотографий, ни каких-то сомнений, наотмаш, и напоказ,
твоего во мне лишь пепел и будто б огонь угас
я бьюсь о твои стены, ты падаешь на мой матрас.
ты как всегда промолчишь, а я буду кричать
 от безысходности, кидать твою полку с хламом,
писать своим недодружбанам,
плакаться юльке в подушку,
глотать какую-то пилюльку,
бить грушу, бить кружку,
и гасить газ,
нас скоро не будет,
а все запомнят меня как нас.

во мне

я лежала на земле, холодной, замерзшей,
мимо плыли облака, лица и звезды,
сменялись картины, декорации, мысли,
мимо плыли облака, машины, всякие уроды...
в моем воображении рождались чудовища,
они пытались меня разорвать
пытались догнать,
пытались меня оторвать от реальности
я цеплялась из последних сил,
сопротивлялась
притяжению, давлению извне.
но все оказалось во мне.
я лежала на земле...
и не было сил встать...
ты подшел,
обнял, и сказал
еще не время умирать...
а я лежала...

острова

я как остров отрезана 

брошена в океан

своего космоса,

атмосфера которого сфера

квартиры

стены и окна и свет монитора

звуки мотора заставят меня спать

закрывать, кровать расстилать,

а мысли будут бурчать

ворчать и ворочать прошлое

пошлое 

странное 

отброшенное платье на кровать

цветами годами вять

и становиться серьезней

мрачней 

я как остров

очерчена в карте

отмечена 

дорогими людьми 

звонки, переписки,

долгие вписки,

списки на праздники

кола и виски

ириски 

и все равно я как остров

плыву в океане всего разного

старею...

позже ложусь и никогда не просыпаюсь

в океане бултыхаюсь дней

а они проплывают один за одним моряками

маяками светить 

и помнить что все скоротечно

вечно 

беспечно 

как острова

люди

никто их не осудит

но и никто не простит

город спит огнями

домами

окнами

дорогами

острова